Помнится

Карабкаясь на слезные вершины
прольем из глаз копившуюся жалость.
Какие руки, помнится, сжимали
немое горло каменного плача!
Какие руки, помнится, скользили
по напряженной линии ущелья,
где алюминий проседи не виден
и только слышен гул кровепровода…
Я поседел на треть от междометий,
и опустел на треть от недомолвок,
а стрекоза сухая над водою
шурша, охотится на пустоту.









31.05.2017